konvent.ru

Кольцо конвентов. Форумы
Текущее время: Ср июл 17, 2019 2:01 am

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Форум закрыт Эта тема закрыта, вы не можете редактировать и оставлять сообщения в ней.  [ Сообщений: 2 ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Мария Гаврилова. Лучшая подруга.
СообщениеДобавлено: Вс ноя 30, 2008 11:50 pm 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: Пн ноя 24, 2008 10:53 pm
Сообщения: 2
Откуда: Санкт-Петербург
Лучшая подруга

После английского факультатива я спокойно шагала по школьному коридору, пиная крышечку от «Фанты». Ярко-оранжевая, она здорово смотрелась на мутно-зеленых квадратах линолеума. Но мое творческое времяпровождение нарушила Аллочка.
- Рита! Пожалуйста! Помоги! – выдохнула она в три приема, схватив меня за руку.
Аллочка – наша учительница по литературе. Имя, конечно, звучит несолидно, но как еще прикажете величать это крайне молодое и хорошенькое существо, которое выглядит младше нас, десятиклассников? А что касается характера… Я считаю, что таких учителей надо сохранять, как редкий и вымирающий вид. Наивняк, конечно, полный, но, по крайней мере, видно. Что в учителя Аллочка пошла не от того, что в фотомодели не приняли. Нет, она всерьез хочет сеять «разумное и доброе в наших юных душах. Не факт, что юным душам это надо, но Аллочке знать об этом не обязательно. От суровой правды жизни ее лучше поберечь.
- А что нужно сделать, Алла Евгеньевна? – поинтересовалась я.
Аллочка вроде как смутилась.
- Понимаешь, к Новому Году спектакль ставить решили. «Ромео и Джульетту». И такое дело, Рит… Ты не согласишься сыграть Ромео?
Ну и что тут делать? Плакать или смеяться? Нет, понятно, что Джульетта мне не светит, но не до такой же степени!
Я от души шваркнула сумкой об пол. Аллочка подпрыгнула.
- Извините, - буркнула я, - А почему я? Чем парни наши плохи?
Аллочка вздохнула.
- Наши парни хороши… Если их на сцене не видеть. То есть, их туда и не затащишь. А ты представляешь, кто согласился играть за то, чтобы оценку в полугодии повысили?
Я только кивнула. И ежу понятно, что это те, кто плеер из ушей на литре не вынимает.
- А у тебя получится, Рита! Ты же понимаешь стихи! Костюмы я замечательные раздобуду! Оденем тебя, загримируем! Ну выручи!
Аллочка смотрела на меня с такой надеждой, что отказать было трудно. Подумаю.
- А кто Джульеттой-то будет? – спросила я, поднимаю сумку.
Аллочка прям вся засветилась.
- Ой, да подруга твоя. Катя Крутолевич.

Дома, схватив телефон, я плюхнулуась в кресло.
- Але, Кать! Это что же получается? Стоит несколько дней поболеть, и я уже не в танке?! Ты почему про спектакль мне ничего не сказала?
- Ой. Рита… - еле слышно ответила подруга, - Мне не до того…
- Опять с Виталькой поругались? – поинтересовалась я.
- А ты откуда знаешь?
- Тоже мне, тайна мадридского двора. У тебя голос, как у лебедя, который не сегодня-завтра сдохнет. Ну что твой ненаглядный опять натворил?
- Он Ромео играть отказывается! – в Катином голосе зазвенели слезы.
- И правильно делает, - хмыкнула я, - Когда он читает стихи, даже Аллочка зевает, хотя это и не тактично по отношению к бедному ребенку. А ты хочешь. Чтобы он Шекспира мучил!
- Ради меня мог бы и постараться! – всхлипнула Катя.
- Ну не дано человеку!
- Он же меня любит!
Видимо, это и есть так называемая «женская логика».
- Я так хочу Джульетту сыграть! Костюмы обещали! Представляешь, как бы мне пошло старинное платье!
Вопрос ответа явно не требовал. Катя относилась к тем счастливицам, которых в мешок из-под картошки наряди, и то на конкурс красавиц отправлять можно.
- И оценку по литературе повысить обещали… - Катя вздохнула, - Ты же знаешь, у меня четверка выходит. А так была бы пять! И вот все пропадает… - закончила она «умирающим голосом».
Выбора у меня не оставалось.
- Не стони. Ромео буду играть я. Аллочка сегодня предложила.
Несколько секунд Катя молчала. А потом…
- Риточка! Спасибо! Я тебя умоляю, не отказывайся! У тебя чудесно выйдет, ты же супер! – слезы и шепот исчезли бесследно, подруга захлебывалась от восторга, - Ты меня спасла!
Тоже мне, невидаль! Последние семь лет спасение Кати – прямо-таки мое хобби. Даже наша дружба во втором классе началась с того, что я навешала по ушам двум придуркам, которые решили поиграть Катиным рюкзачком в баскетбол. Мне тоже тогда досталось крепко, но розовенький рюкзачок был возвращен заплаканной хозяйке.
Вообще, она всю жизнь какая-то неприспособленная. Нежная. Беззащитная. Такую сейчас слопают и не подавятся. Поэтому приходится быть на посту. Я-то Катьку никому в обиду не дам!
А Виталик все-таки осел! Из-за такой ерунды девушку до слез доводить. Сам любит вещать на тему: «Человек все может». Ну так флаг тебе в руки, моги, играй Ромео! А он что? Тьфу!
- Ладно, Кать, пока. Будешь у нас Джульеттой всех времен и народов!
- А ты лучшим Ромео! До завтра!
…Нет, Аллочка и катя все-таки странные. Они что, и впрямь считают, что говорить: «ты отлично сыграешь парня» - это комплимент?

Насчет костюмов Аллочка не соврала, притащила их уже на третью репетицию. Ну, насчет Катьки – кто бы сомневался. Когда она в бело-голубом наряде вышла из-за кулис, можно было только челюсти с пола подбирать. Неземное создание, хрупкое, светловолосое…
Мой костюмчик малинового бархата тоже был ничего себе. Только вот без карманов. Жутко неудобно, ну куда руки девать? Приходилось держаться за пояс. Стричься из-за роли я не собиралась, и мне раздобыли паричок, имитирующий короткую стрижку. В общем, в зеркале отразился реальный средневековый парень – высокий, крепкий. Физиономия мою женскую сущность тоже не выдавала – брови широкие, подбородок упрямый… Глаза как раз для итальянца – черные. Ромео – офигеть и не воскреснуть!
Я отвернулась от зекральной стены и пошла на сцену. Но Катя от своего отражения никак не могла оторваться. Одним боком повернется, другим… Волосы то поднимет, то распустит…
Аллочкиных просьб начать репетицию она, по-моему, даже не слышала. Но тут скрипнула дверь.
- Ну как продвигается постановка гениального произведения? – поинтересовался вновьприбывший.
- Михаил Михеиевич! Кк хорошо, что вы пришли! – возликовала Аллочка.
Зато Катя вздрогнула, и, как укушенная, взлетела на сцену. Оно и понятно. У нее прямо-таки аллергия на Миху (так его называют ученики).
Миха, как и Аллочка, преподает литературу, только в других классах. Он довольно молодой, жутко умный, а главное – ехидный. Катька Миху просто боится. Однажды он замещал заболевшую Аллочку. Проходили мы «Грозу», и отвечать Миха вызвал Катю. Рассказывала она здорово – гладко, выразительно. Правда, все кусками из критических статей шпарила. Миха слушал, слушал, а потом и говорит:
- Ну ладно, про «луч света в темном царстве» мы все слышали. А вот лично вы что о героине думаете?
Все! Катя бледнела и молчала, глядя на Миху глазами, полными слез. Он махнул рукой.
- Садитесь, Круталевич. Только мой вам совет – в ночь перед экзаменом по литературе лучше не учебник, а само произведение почитать. И мозгами поработать, если вы, конечно, знаете, что это такое.
Катю, привыкшую к восторгам Аллочки, трясло всю перемену, я ее еле успокоила. Но кое в чем я с Михой была согласна, хотя он и перегнул палку. Но что делать, если у кати к книжным героям личное отношение отсутствует!
- Их же писатель выдумал, - говорит, - Ну что я о них думать могу?
Понятное дело, что Михино присутствие на репетиции мою подругу не слишком вдохновило.
Но. Как ни странно, цепляться Миха начал ко мне.
- Пластова! – прервал он пылкую сцену на балконе, - Вы в любви объяснялись когда-нибудь?
- Угу, - кивнула я, - Регулярно. Три раза в день, после еды. А что?
Он усмехнулся:
- Я серьезно.
- А по-моему, у Риты неплохо получается, - робко вставила Аллочка.
- Для бразильского сериала – да, - заявил Миха, - А Шекспир в гробу переворачивается.
Ах, так!
- А вы покажите! – ангельским голосом пропела я, спускаясь со сцены, - У вас опыта больше.
Катя фыркнула, Аллочка покраснела, а Миха захохотал:
- Э, нет, девушки, это уже статья.
Аллочка чуть не упала:
- Михаил Михеевич! Ну что вы, ей-богу!
Он слегка поклонился.
-Пардон. Но объясняться Крутолевич в любви я все равно не буду.
Катя то ли взвизгнула, то ли всхлипнула, и убежала за кулисы. Я кинулась следом. Подруга сидела на деревянном ящике и тяжело дышала сквозь зубы.
- Кать! – я подошла поближе, - Ну у тебя че, совсем чувства юмора нет?
- Да он ж специально… Он же надо мной издевается! – закричала она звенящим голосом.
- Меня он тоже обругал, - напомнила я, что, топиться теперь?
- Крутолевич то, Крутолевич се, - рыдала катя, - Ну что ему на-адо?
Я вздохнула, и отправилась восстанавливать справедливость.
- Михаил Михеевич, - сказала я со сцены, - может, хватит на нас уже упражняться в остроумии?
- Рита… - ахнула бедная Аллочка.
- Не, мне чего? Мне по барабану. А вот Джульетта нервничает. А зафига это надо?
Аллочка умоляюще посмотрела на коллегу.
- Миша-а… - простонала она.
Ого, какой прогресс! Он уже просто «Миша» при посторонних…
Миха пожал плечами и сел в кресло.
- Приношу нервной Джульетте свои извинения, - буркнул он , - Буду молчать. Почти как рыба.

Естественно, Миха продолжал делать замечания, но по делу и без лишних шуточек. Репетиции шли полным ходом. Иногда нас даже с уроков снимали. В пьесе, кроме нас с Катей, участвовали еще несколько человек, но мы чаще всего репетировали вдвоем.
Миха Катьку больше не доставал, но у нее уже появилась другая причина психовать. Причина звалась Виталькой. За его отказ играть Ромео Катя вроде дуться перестала, но при случае опять вспоминала обиду. Тот огрызался в ответ, и… В общем, получи фашист гранату! Потом Катя звонила мне и рыдала в трубку до полуночи. Мне очень хотелось чем-нибудь помочь, но мое умение пинком ноги открывать дверь вряд ли могло пригодится во всех этих тонкостях.
Оставалось выслушивать и успокаивать Катю, думая о том, как любят люди сами себе отравлять жизнь из-за ерунды.

В день премьеры мы с Катей должны были встретится за два часа до спектакля и еще раз все повторить. Но я задержалась, пересдавая этот чертов английский. Сидела, как на иголках, тупо пялилась в текст для перевода, и беспокоилась за Катьку, которая ждала в актовом зале. Кое-как вытянув чуть живую четверку, я рванула на второй этаж, едва не выломав дверь в кабинете.
Катя сидела на древнем диванчике и очень была похожа на Джульетту в гробу – такая же бледная и неподвижная.
- Тебе плохо? – испугалась я.
- Да… - замогильным голосом ответила Катя, - Виталик..
А, ну все ясно.
- Я его на британский флаг порву! – заорала я, чтобы расшевелить подругу, - Что опять?
- Он не пришел позавчера посмотреть репетицию… - монотонно начала объяснять Катя, - Поехал на какую-то долбанную олимпиаду. И я ему сказала, чтобы он больше ко мне не подходил и не звонил.
- И чего?
- Он и не звонит. Все.
Катя закрыла лицо руками и расплакалась.
- Кать! Ну Катенька!
Я опустилась на колени рядом с диванчиком и обняла ее.
- Прекрати, слышишь? Ты хорошая, ты красивая, ты сегодня такую Джульетту изобразишь, что все в осадок выпадут! Знаешь, как я в любви тебе объясняться буду, все обзавидуются! Ну не плачь, Кать.
Спектакль я помню плохо. Может быть потому, что видела и слышала только Катю. Она немного пришла в себя, но все равно ее Джульетта была растерянной и грустной. А я… Это, наверное, и называется войти в образ. Потому что любовь и жалость к подруге меня просто переполняли. Хотелось укрыть, защитить, спаси… Взять на руки и унести на край света, где никто и никогда не посмеет причинять ей боль.

Мы сидели в опустевшем темном зале – только на сцене все еще горел свет. Аплодисменты и похвалы отзвучали, зрители ушли. Можно было собираться.
Я уже переоделась, но Катя, вялая и безучастная, оставалась в кресле и не двигалась.
- Ладно тебе, - в очередной раз сказала я, - Он обязательно позвонит.
- Я его слышать не хочу, - передернула она плечами.
- В первый раз, что ли… - засмеялась я.
- Теперь – в последний! – объявила Катя.
Скрипнула дверь.
- Катя… - послышался нерешительный Виталькин голос, - Кать, выйди, а?
Катька дернулась и часто задышала.
- Я выйду… - угрожающе прошипела она, - Я ему все скажу!
Она вскочила.
- Ты так и пойдешь в костюме? – поинтересовалась я.
Подруга раздраженно топнула ногой и отправилась за сцену. Витальяка покорно топтался в дверях.
Переодевание заняло у Кати минут десять. Она спустилась в зал и, сказав: «Рит, ты не уходи, я скоро», вместе с Виталькой вышла за дверь.
Я поднялась с места, прошла туда-сюда вдоль сцены. «Я ему все скажу!». Ну-ну. Что будет происходить за дверями, можно и без карт предсказать. Сначала Катя будет кричать, потом плакать, а потом они обнимутся. И хочется верить, что хотя бы неделя пройдет в мире и согласии.
В зеркальной стене смутно отразилась моя фигура. Я приблизила лицо к стеклу, усмехнулась. Как меня сегодня хвалила Аллочка: «Какая ты молодец! Сколько эмоций! У тебя талант!»
Талант… .Ромео всех времен и народов. А Миха молчал почему-то. И правильно. Это Аллочка всегда всем довольна, а он-то отлично понимает, какой это идиотизм, когда главную мужскую роль играет девочка. Даже такая, как я.
Я отпрянула от зеркала. А что, если… Я ведь помню Катину роль, как свою.
В платье Джульетты я безнадежно застряла. Ну на какую селедку его шили? Впрочем, известно, на какую. На Катеньку. Я отбросила бело-голубую красоту, кое-как пригладила растрепавшиеся волосы. Ну и наплевать. И прямо в джинсах и свитере шагнула на сцену.
Никому не пожелаю такого – стоять на абсолютно пустой сцене и в абсолютно пустой зал произносить монологи Джульетты. Меня окружала, стискивала темнота, казалось, я одна во всей школе, городе, мире. И я не просто говорила. Я орала. Требовала. Если бы все было по-настоящему, о любви Джульетты узнала бы вся Верона и окрестности!
Я не знаю, зачем я это читала. А главное – для кого. Для парочек вроде Кати с Виталькой, которые не умеют беречь свое счастье? Или для того Ромео, которого пятнадцать лет где-то черти носят? И, который даже если попадется мне на пути, пройдет мимо, потому что на Джульетту я похожа как жаба на балерину!
А когда я замолчала, охрипшая и оглохшая от собственного крика, в тишине прозвучали резкие хлопки. Мне аплодировал сидящий в первом ряду Миха.
- Мы с Аллой Евгеньевной совершили ошибку, - сказал он, - Джульетту следовало играть вам.
Я устало плюхнулась на край сцены. Интересно, как Миха прокрался в зал? Впрочем, пока я изображала великую актрису, здесь мог бы весь педсовет собраться – я бы не заметила.
- И весь зал лежал бы от хохота? – прокомментировала я михино высказывание.
- А, собственно говоря, почему? Что вообще за мания такая – отдавать роль итальянки девушкам, больше похожим на Снегурочек?
Я пожала плечами.
- Катя – романтическая героиня.
Миха поднялся с кресла.
- Даже слишком. Вытряхнуть бы из нее половину слезливого романтизма.
Черт дернул меня за язык:
- А из меня?
Он усмехнулся.
- А из вас – цинизма.
Я спрыгнула в зал и пнула попавшуюся под ноги сумку. Сказала, не глядя на Миху:
- По отношению к самой себе имею полное право быть циничной.
- Почему?
- Чтобы другим не удалось мордой о правду жизни шваркнуть! – зло выкрикнула я, - Вы вот шутите, как всегда. А какая из меня, нафиг, Джульетта?
- Очень даже неплохая, - объяснил Миха, - А вот из Круталевич – точно никакая. Ее Джульетта сидела бы дома и пускать слезы, а предпринять что-то ей бы ни ума, ни смелости не хватило.
Я окончательно вышла из себя:
- Прекратите оскорблять Катю! Она моя подруга.
Миха смерил меня насмешливым взглядом.
- И поэтому вы решили всю жизнь быть рядом с ней в качестве дуэньи? Спасать и оберегать?
- Она – моя подруга, - упрямо повторила я, - Она слабая, и ее надо защищать. А я – сильная. Ничего не боюсь.
- А как же ваша личная жизнь?
Неужели он не понимает, что личная жизнь может грозить таким, как Катя или Аллочка, но никак не мне! А мне нужно было жить в тридцатые годы прошлого века. Вкалывала бы на какой-нибудь комсомольской стройке, перевыполнила бы план, а все нежные чувства считала бы буржуазными предрассудками! И была бы, наверное, счастлива.
- Кстати, почему вы так задержались здесь? – вдруг спросил Миха.
- Катю жду, - буркнула я.
- Да-а? – деланно удивился он, - А я, знаете ли, видел, как она из школы выходила со своим молодым человеком. Что же ваша лучшая подруга забыла, что вы здесь одна?
Я вздохнула. Тоже, удивил. Как будто в Катиной голове может хоть что-нибудь поместиться рядом с преподобным Виталиком!
Я закинула сумку на плечо, и направилась к двери. Миха шел за мной.
- Вы сколько угодно можете молиться на вашу Джульетту. Но я почему-то уверен, что вы в подобной ситуации про нее не забыли бы.
Он обогнал меня и взялся за дверную ручку.
- Чувствую, вам очень хочется меня послать, - сказал он, - Но лучше этого не делать.
В темноте было непонятно, шутит Миха или говорит серьезно.
- Почему? – спросила я, - За авторитет боитесь?
- Нет. Просто не идет вам это. И, кстати, дверь ногой открывать – тоже.
Мне впервые как-то стало стыдно за это свое умение.
А Миха распахнул дверь и отступил в сторону, пропуская меня. Я вышла в коридор, изо всех сил стараясь не сутулится и не шаркать по линолеуму кроссовками.

Падал снег. От школьного крыльца уходила одна двойная цепочка следов. Катя и Виталик… Интересно, не поругались ли? Может быть, пойти за ними? Не мешать, конечно, но просто удостовериться, что все в порядке?
Нет, ну чего я вправду как наседка! Катя и сама не маленькая. Случись что – помогу, конечно. Но любовь свою и жизнь пусть уж сама строит.
Я спустилась с другой стороны крыльца и пошла через сквер, прокладывая новую, пока что одиночную дорожку.

_________________
Тикающий Крокодил.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: Пн дек 01, 2008 11:17 am 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: Пт ноя 30, 2007 3:05 pm
Сообщения: 12
Ага, зафиксировали.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Форум закрыт Эта тема закрыта, вы не можете редактировать и оставлять сообщения в ней.  [ Сообщений: 2 ] 

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
cron
Создано на основе phpBB® Forum Software © phpBB Group
Русская поддержка phpBB